Спасский женский монастырь, г. Кобрин

Монастырская икона «Сошествие Христа во ад»

Те, кто бывают на исповеди в нашей обители, наверняка обратили внимание на образ, расположенный над исповедальным аналоем. Что же это за икона, и почему именно она размещена у места, где исповедующий свои грехи невидимо разрешается от них Самим Христом?

На византийских и древнерусских иконах Воскресения Христова никогда не изображается сам момент Воскресения. На них изображается «сошествие Христа во ад», а точнее, то, как Христос выводит из ада Адама, Еву и других героев библейской истории; под ногами Спасителя — черная бездна преисподней, на фоне которой — символические замки, ключи и обломки врат, некогда преграждавших мертвым путь к воскресению. 

Именно этот иконографический тип является каноническим, так как отражает традиционное учение о сошествии Христа во ад, победе Его над смертью, воскрешении Им мертвых и изведении их из ада, в котором они содержались до Его Воскресения.

Каждое православное иконописное изображение основано на том или ином литургическом воспоминании. Не существует икон или фресок, сюжет которых не соотносился бы с тем или иным днем церковного календаря. Икона Сошествия во ад соответствует литургическому воспоминанию Великой субботы и Пасхи. Само учение о Сошествии во ад основано на нескольких текстах из Священного Писания, прежде всего на послании апостола Петра: «Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, Праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти, но ожив духом, Которым Он и находящимся в темнице духам, сошедши, проповедал…» (1 Пет. 3, 18-19).

В нашем монастырском образе использована иконография, где Христос попирает не только врата ада, а сам ад в виде персонифицированного образа — связанного старика в кандалах, и над ним стоит Господь, покоривший его. Христос не просто сходит в адские бездны — Он вторгается туда, преодолевая сопротивление диавола и демонов, сокрушая символические ворота и срывая с них замки и запоры, как Победитель, перед Которым силы зла бессильны.

В правой руке Спаситель держит крест, показывая, какой ценой стало возможным это событие, другой влечет к Себе Адама.

Адам изображен почти бегущим навстречу Христу, Ева — в надежде простирающей руки. За Христом (справа от зрителя) изображены Иоанн Предтеча и ветхозаветные праведники. Слева — ветхозаветные грешники во главе с Каином, сыном Евы, стоящие в нерешительности. Относится ли к ним проповедь Христа? Последует ли ей Каин, спасется ли он? А другие грешники? Иконография отражает неоднозначность решения вопроса о спасении, как бы напоминая, что наши суды — не суды Божии.

Мы не знаем, все ли последовали за Христом, когда Он выходил из ада, так же как не знаем, все ли последуют за Ним в эсхатологическое Царство Небесное. Но мы знаем, что с момента сошествия Христа во ад путь к воскресению из мертвых открыт для «всякой плоти», спасение даровано всякому человеку, и врата рая открыты для всех того желающих.

Покаяние в области чувства и сознания — это «сокрушение о содеянных грехах», суд совести, осуждение своего греховного прошлого, омерзение грехом, ненависть ко греху и желание и решимость порвать с этим греховным прошлым, твердое обещание впредь блюсти себя от грехов и исправить свою жизнь.

Сердечное сокрушение и исповедание своих грехов создают условия к возрождению человека благодатью Божией.

Посему образ сошествия Христа во ад у места совершения исповеди это не только напоминание кающемуся грешнику о существовании ада как такового, но и укрепляющая надежда на то, что любящий Господь всегда близ человека и постоянно «жаждет, Благосердый, нашего спасения и простирается дать прощение  усердно ищущим Его и с любовию Ему работающим».

 

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Пролистать наверх